http://forumfiles.ru/styles/0019/eb/cd/style.1546886450.css
http://forumfiles.ru/styles/0019/eb/c1/style.1546892299.css

Очерёдность в актуальных эпизодах Достаточно, Эркин-ага - Эркин-ага Когда нарциссы распускаются - Шехзаде Алемшах В ожидании добрых вестей - Шехзаде Эмир Шехзаде должен знать истину - Эмине Ферахшад-султан Должок за тобой, Ирум-хатун - Турхан Султан Опасная правда - Ирум-хатун Ночной бред - Кёсем-султан


Эпоха Безумца и Охотника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Гурии умеют слушать (3 мая 1660 года)


Гурии умеют слушать (3 мая 1660 года)

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Название эпизода
Гурии умеют слушать

Время и место действия
3 мая 1660 года
Стамбул, греческий квартал, публичный дом Ставро-эфенди

Суть
Терезию, проводившую своего гостя, перехватывает незнакомец, который оказался дворцовым соглядатаем и представляется Давутом-агой. Он рассказывает ятерезии, что тот, кого она провожала - один из предводителей янычар, Эркин-эфенди. Давут вербует Терезию с целью слежки за Эркином, отдаёт ей круглую сумму и впредь за каждую ценную новость обещает хорошее вознаграждение.

Участвуют
Терезия-хатун, Давут-ага (НПС)

0

2

Вечер был в самом разгаре. Внизу слышался гомон, женский и мужской смех, пьяные песни, звон браслетов и монист на шеях танцовщиц, - одним словом, таверна не стояла пустой. Наверху было тише, ибо весь шум комнат скрывали плотные двери. Терезия стояла на лестнице в обнимку с мужчиной лет сорока, он был смугл и черноус, взгляд его, горячий и жестокий, заставлял девушку трепетать. Он был одет как янычар, не было только кече, головного убора, а за его поясом сверкал кинжал. Терезия случайно кинула на него взгляд и похолодела. Заметив это, мужчина крепко обнял её и что-то страстно зашептал на ухо. Венгерка сразу же повеселела, а затем в её нежной ручке очутился небольшой кошелёк.
  - Ждать ли Вас снова, эфенди? - спросила она, лукаво стреляя глазками. Янычар прижал ее к себе и вновь что-то тихо шепнул, отчего Терезия засмеялась. - Хорошо, впредь - на "ты"..
И оба спустились вниз. Гость пошёл к Ставро и долго о чём-то говорил с ним, а Терезия присела в стороне. Время, проведённое наверху, утомило её, зато и награда была велика. Девушка взвесила кошелёк на руке. Тяжёлый, наверняка в нём пятьдесят акче, не меньше! Щедрый этот господин, ох и щедрый, даром что янычар.
В этот момент к Терезии подошла одна из девушек и села слева. Была она тоненькая, маленькая, но с удивительно пронизывающими синими глазами. Терезия отвернулась: эта девушка своими очами доводила до слёз, хотелось покаяться перед ней во всём, а потом умереть. Голова Терезии упала на руки, и девушка беззвучно заплакала. Потом резко вскинула голову, тряхнув пышными кудрями, красными глазами, в которых всё ащё стояла немилосердная резь, огляделась. Какими же гадкими показались ей все вокруг, и сам этот дом нагонял на неё смертную тоску.
- Тяжело тебе? - подала голос товарка.
- Брось, я привыкла уже давно. - тупо смотря в одну точку, отозвалась Терезия. - Уйди от греха, Стефания, катись на все четыре стороны.
Сердце ныло. Стефания ушла развлекать гостей, а Терезия осталась одна. Шум голосов и звуки музыки долетали до неё невразумительными обрывками, складывающийся в хаотичную массу речи и мелодии. Всё кругом было пьяно, весело, лукаво и знакомо. Венгерка с грустью оглядела себя. Она тоже грешная и пьяная, и что самое жуткое - ей это нравится. Стамбул стал её домом, частичкой её темного хитрого сердца.
Некогда было долго думать, пора было вставать и вновь приманивать к себе клиентов. Вдруг кто-то взял ее за руку, и девушка передёрнулась от холода. Обернулась - перед ней незнакомый господин во всём чёрном, в тюрбане и плаще, лицо простое, молодое, с усиками и бородкой, но во взгляде читалось чисто змеиное лукавство.
  - Что, ага, развлечься хочешь? - игриво спросила Терезия, поводя бёдрами. - Тогда идём со мной.

+1

3

Прошёл уже месяц с того момента, как Давут получил приказ от госпожи. Слежка за Эркином-агой не приносила никаких результатов, ибо ум и осторожность этого человека не уступала доблести и жестокости в бою, и известно это было если не всем, то многим. И Давуту в том числе. Но пусть его назовут собакой, а не дворцовым соглядатаем, если он не вынюхает что-нибудь о султанском зяте.
Так думал эфенди, сидя в зале мейханы. Вокруг - музыка, мелькающие фигуры танцовщиц, смех и выкрики подгулявших гостей, женские улыбки и смешки... Ничего из этого не радовало агу. Он сидел в глубине зала, пил ядрёную ракию и смотрел вокруг бессмысленным взглядом. Вдруг его внимание привлёк говор и смех на лестнице, что вела на верхний ярус. Две фигуры - изящная женская и могучая мужская, она в юбке, к поясу которой были привязаны звенящие монетки, в блузе с открытыми плечами и широкими рукавами, он - в янычарской одежде, но без шапки. Давут оставил кружку и тихо, как кошка, подобрался поближе. Парочка обнималась и перешёптывалась, и аге давольно трудно было что-то распознать. Он внимательно вгляделся в незнакомого янычара. Аллах всемогущий! Эркин, собственной персоной!
Давут поспешил вернуться на своё место и сделать вид, что занет исключительно ракией. Он то и дело подносил кружку к губам, как будто пьёт, а сам то и дело поглядывал на женщину, которая довольно взвешивала на ручке кошель с вырученными деньгами. Наконец соглядатай дождался, когда янычар ушёл из мейханы, встал, подошёл к красавице и взял её за руку. Та воззрилась на него своими большими глазами, в которых было что-то манящее, но аге было совершенно не до этого.
  - Мне не до развлечений, хатун. - угрюмо ответил Давут на её вопрос. - У меня есть к тебе дело, пойдём наверх.
Девушка рассмеялась, и в её смехе звучали неприкрытое лукавство и распутство. Это подействовало на Давута не самым лучшим образом, у него резко испортилось настроение. Отчего-то ему казалось, что эта хатун не станет подмогой, а сделается обузой. Хотя кто знает, среди распутных женщин бывают очень наблюдательные и вмные.
Он сжал её руку и повел наверх. Они вошли в маленькую, небогато, но прилично обставленную комнату, где горели свечи, а посередине красовалась постель с красным пологом.
  - Для начала скажи-ка мне своё имя. - начал Давут.

0

4

Они сидели вдвоём. Вокруг таинственный полумрак, блики, отбрасываемые свечами, пляшкт на стенах, на ткани, из которой сделан полог постели... Незнакомец настоятельно попросил её сказать имя, к чему бы это? Неужели девушка из стамбульского притона так запала ему в душу, что он желает знать, как её зовут? Поразмыслив секунды две, венгерка прищурилась, и в ее глазах запрыгали искринки лукавства.
  - Терезия, господин.
Она говорила сцхо, словно бы ей не нравился вопрос аги, а у самой взяграло сердце, ожидая чего-то интересного. Незнакомец был хорош собой, на вид ему было лед двадцать шесть, не менее, но и не более. Взгляд умного и матёрого лиса, замечающий всё и вся... Ясно, что такому человеку Терезия нужна не только ради пустой забавы. Но раз так, то для чего же? Почему он выбрал именно её? Нечто похожее на страх зашуршало и заскреблось в душе девушки. Впрочем, она быстро избавилась от этого омерзительного щущения.
Видя, что гость не спешит действовать, она придвинулась к нему поближе и положила руку на плечо, словно хотела обнять. На удивление, ага грубо двинул плечом, желая показать, что грешные забавы его не интересуют.
Терезия окончательно укрепилась в своей догадке: он привёл её сюда по совершенно другому делу.
  - Зачем ты привёл меня сюда? - наконец спросила Терезия, помрачнев. - Если не хочешь, так не держи зря, я пойду к другим. С тобой я только время трачу попусту.
И она уже собралась уходить, как вдруг гость сжал ей руку, не давая двинуться с места. Терезия остановилась.
  - Тогда что же ты хочешь, эфенди? Я тебе не нравлюсь как женщина? Дай срок, ты скоро изменишь своё мнение...
И она уже хотела поцеловать его, но она отстранил её рукой. Венгерка вновь оказалась в замешательстве: клиент вёл себя так странно, что не знаешь, с какой стороны подступиться к нему.
"Если я ему не нравлюсь, то для чего он позвал меня? Спрашиваю - не хочет говорить... У этого господина явно что-то на уме, клянусь. О Господи, за что такие люди на мою голову, он же как собака на сене - и сам не съест, и другим не даст..." - так думала она уже почти со злобой.

0

5

Ага молчал. Обычно он за словом в карман не лез, но сейчас почему-то чувствовал, что не находит верного словечка, клторым можно начать важный разговор с Терезией. Он не собирался развлекаться с ней, поэтому на все её попытки соблазнить его, отвечал холодом и неприступностью. Эта красавица была ему нужна не как женщина, а как лишние глаза и уши. После стольких поисков, Давут-ага наконец-то нашёл верную дорогу к тайнам Эркина-аги. Мужчина не отпускал руку хатун, показывая, что она ему нужна здесь и сейчас. Он обдумал всё, что хочет узнать, и начал:
  - Отвечай на мои вопросы, Терезия-хатун. - начал он. - В твоих же интересах быть честной со мной. Ты знаешь этого человека?
Красавица воззрилась на Давута с непониманием. Ага поспешил пояснить:
  - Того янычара, которого ты давеча провожала. - Терезия ничего не ответила, а только пожала плечами, показывая, что тот ей не знаком. Ага продолжил: - Он первый раз сюда приходит или нет?
Наступила пауза. Девушка молчала, словно вспоминая, наведывался ли неизвестный янычар сюда прежде. Давут наблюдал, как она меняется в лице, как на её красивом смугловатом лице играют свечи, как она шевелит губами и что-то считает на пальцах. Из этого можно было заключить, что Эркин здесь если не завсегдатай, то частый и довольно желанный гость.
  - Значит, не раз... - мрачно заключил ага, а потом добавил тихо, чтобы девушка не расслышала: - Теперь ему несдобровать, прости Аллах... - вслух же спросил: - Он только к тебе ходит, или у него много любовниц?
То ли всему виной свечные огни, то ли Терезия немного покраснела. Давут ухмыльнулся.
  - Говори же, хатун! Мне надоело угадывать. Язык проглотила?

0

6

Опоначалу Терезия отмалчивалась, так что аге приходилось угадывать. Наконец она сказала:
  - Не знаю я этого человека. Только и известно мне, что он янычар, к тому же, не простой. Он здесь не впервой, сначала к другим девушкам ходил, а вот теперь ко мне. Я с ним уже десятый раз вижусь. Каждый раз он приходит и щедро одаривает меня за скрашенный досуг.
Терезия ни одним словом не покривила. Ага, действительно, наведывался к ней уже в десятый раз, и в основном - ночью. Часы, проведённые вмести, проходили как в огне, и Терезия, чтобы не наскучить столь тороватому гостю, всегда старалась быть разной. Все другие девушки завидовали удачливой венгерке, говоря, что она поймала саму Птицу Счастья. Терезия же только отшучивалась от них, а потом уходила к себе в уголок и тихо плакала. Что происходило между ней и янычаром, за закрытыми дверями и в полном уединении, ведомо только им двоим. Этот человек не был похож на обычных клиентов. В нём бушевала какая-то звериная жестокость, он упивался страстью, любил, когда женщины боятся его, трепещут, дрожат и даже плачут. Но Терезия была не из таких, она сразу показала, что не собирается идти на поводу у этого человека. Может быть, именно этим она ему и запала в душу. Очень часто она видела в его глазах огонь, огонь жестокой, собственнической любви. Однажды янычар просто-напросто запретил девушке принимать других, говоря, что наградит её больше, чем они все вместе взятые. Терезия ничего ему в ответ не обещала, только молча и лукаво улыбаясь. Много раз девушки заставали её после этих разговоров плачущей и кусающей губы. Инес и Стефания жалели её, а злоязычная Аурика только молча смотрела на соперницу. Ей досадно, что янычарский ага выбрал другую. Ставро, сердобольный от природы человек, жалел Терезию, относясь к ней почти как к дочери.
Теперь же венгерская красавица рассказывала незнакомому господину об этом янычаре, как вдруг поймала себя на мысли: "А сам-то он кто, что имеет право допрашивать меня?" Подумала, а потом возьми и скажи:
  - Мне одно непонятно, зачем тебе знать всё это? Как тебя вообще зовут, эфенди? Если что худое задумал, я кликну хозяина, и тебя спровадят отсюда!

0

7

Мужчина снисходительно улыбнулся. Другой бы на его месте прижал эту дрянь к стенке да пригрозил как следует, чтобы и рта раскрыть не смела, а не то что хозяина звать. Давут, однако, этого не сделал. Он видел, что девушка оказалась умной, а значит, от неё будет польза. Он посмотрел на неё с некоторой насмешкой в глазах, но всё-таки ответил на её вопрос:
  - Моё имя Давут-ага. Я дворцовый шпион, и мне приказано следить за тем янычаром, о котором идёт речь. Это зять самого падтшаха, и у него очень много врагов. Не спрашивай, кому я служу, ни к чему тебе это. Я хочу, чтобы отныне ты была моими глазами и ушами здесь, в этом доме разврата. Этот ага сюда приходит к тебе, значит, ты можешь кое-что выпытать у него. Только гляди у меня... - кулаки сжались сами собой. - Не вздумай чем-нибудь выдать себя. Он хитёр и очень наблюдателен, ечли что-то заподозрит - тебе не жить.
Давут говорит
Л почти шёпотом, а когда закончил, то поднялся и раза четыре прошёлся по комнате. Затем подошёл к двери и прислушался. Снаружи никого не было, это означало, что никому не было дело до парочки, которая уединилась в комнате для "любовных игр". Игры, конечно были, но далеко не любовные. Играл разум, смекалка и удачливость. За Эркином нужно следить везде, тем более в таких мечтах, как дом Ставро-эфенди. Давут вернулся и вновь присел рядом с девушкой. Его рука сделала молниеносное движение - и вот уже Терезия держит в руках туго набитый кошелёк.
  - Здесь четыреста акче, Терезия. - глухо проговорил соглядатай. - Это задаток. За каждую новость про Эркина-эфенди будешь получать столько же, даже больше. Никому ни слова обо мне. Пусть думают, что я прихожу к тебе за тем же, за чем и остальные. Будешь приходиьь ко мне по первому знаку, слышишь. Раз в две недели буду наведываться.
И Давут поднялся, поправил тюрбан и вышел из комнаты, скорым шагом спустился вниз, в самую гущу веселящихся, пьющих и гомонящих гостей.

0

8

Оставшись одна, Терезия взвесила на ладони кошелёк. Четыреста акче! И это задаток! Что же это за важная птица такая, раз нужна слежка? Но, собственно, почему бы и нет? Девушка поправила волосы, хотя в комнате не было даже маленького зеркальца, встала и, спрятав кошелёк, вышла из комнаты, заперев её. Шмыгнула в свой угол и тихо перепрятала выручку, которая так нежданно свалилась на неё этим вечером, как вдруг...
  - За что это тебе такое счастье привалило? - послышался насмешливый голос Аурики. - Чем ты так прельстила того пашу, что был с тобой наверху, м?
Терезия вспыхнула, щёки залились краской, она встала и хотела хорошенько отшить сквернавку, но вовремя вспомнила, что скандал при гостях неприемлем. Она только закусила губу и обдала насмешницу таким взглядом, что под ним и тысячелетний камень рассыплется. Спустившись в залу, Терезия нашла Ставро, который сидел в стороне и был грустен.
  - Что с Вами? - участливо спросила Терезия. Ставро был ей здесь вместо отца, и она питала к нему уважение и какое-то дочернее сочувствие. Хозяин мейханы выпрямился и звговорил:
  - Тот янычар, который приходил к тебе, сказал, что ты ему очень понравилась. Велел мне беречь тебя пуще глаза своего, Терезия. Не подведи меня, не осрамись перед ним - он важный человек, говорят, наставник самого султана.
Терезия слушала молча, а сама прокручивала в мыслях разговор с Давутом-агой. Теперь понятно, почему у этого янычара твк много врагов.
  - А как его зовут? - изобразив детское простодушие, спросила венгерка.
  - А-а, дай Бог памяти... - вяло проговорил Ставро. - яэркин-ага, кажется. Да, точно! Эркин-ага и есть. А тебе на что?
  - Да так, просто спросила... - отозвалась Терезия и пошла развлекать гостей.
http://sd.uploads.ru/QRfrW.png

0


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Гурии умеют слушать (3 мая 1660 года)