http://forumfiles.ru/styles/0019/eb/cd/style.1546886450.css
http://forumfiles.ru/styles/0019/eb/c1/style.1546892299.css

Очерёдность в актуальных эпизодах Достаточно, Эркин-ага - Эркин-ага Когда нарциссы распускаются - Шехзаде Алемшах В ожидании добрых вестей - Шехзаде Эмир Шехзаде должен знать истину - Эмине Ферахшад-султан Должок за тобой, Ирум-хатун - Турхан Султан Опасная правда - Ирум-хатун Ночной бред - Кёсем-султан


Эпоха Безумца и Охотника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Братская любовь в тени садов (11 мая 1660 года)


Братская любовь в тени садов (11 мая 1660 года)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Название эпизода
Братская любовь в тени садов

Время и место действия
11 мая 1660 года
Стамбул - сад дворца Гевхерхан-султан

Суть
Шехзаде Эмир и Алемшах решают навестить Гевхерхан-султан, чтобы поделиться с ней некоторыми новостями из дворца, а заодно поговорить о её жизни. Её супруга нет дома, поэтому никто и ничто не способно помешать их тёплой беседе.

Участвуют
Шехзаде Алемшах, Гевхерхан-султан, Шехзаде Эмир.

0

2

И снова день, и снова сад. А что? Сидеть во дворце, когда природа так и манит к себе, не имеет никакого смысла. Гевхерхан велела обустроить себе местечко в беседке и спустилась в сад, одетая в сиреневое платье с серебряными узорами на рукавах, у ворота и на подоле. В этом одеянии она сама была похоже на весну, чувствовала себя в нем очень удобно и свободно. Калфы встретили султаншу у беседку поклонами, провожая к столу, на котором стояли фрукты, шербет и сладости. Гевхерхан села, вынула из-за широкого и тяжёлого серебряного пояса маленькую книжечку со стихами. Это были стихи её славного дела, султана Ахмед-хана, который писал под именем Бахти. Перед глазами красавицы заструилась тёмная, филигранно выписанная вязь, султанша окуналась в словесный родник, молодящий и исцеляющий. Накануне у неё вышла крупная ссора с Эркином, и дело бы дошло до рукоприкладства, если бы не какое-то известие, заставившее агу уехать, не попрощавшись. Гевхерхан-султан только и видела, как янычару выводили коня, как тот вскочил в седло и с гиканьем, поднимая пыльные столбы, умчался прочь. Госпожа в тот момент ничего не желала, кроме одного: пусть он не возвращается подольше...
Гевхерхан читала. Читала и плакала. Султан Ахмед души не чаял в своей Кёсем, которую Гевхер помнила маленькой. До конца своей жизни великая султанша оставалась прекрасной, её волос не касалась седина, несмотря на то, что пережила она очень много. Удостоится ли её несчастная внучка такой любви? Такой же чистой и вечной, какую носил в своём сердце Ахмед? Часто Гевхерхан приходилось слышать уверения в пламенной и страстной любви, особенно ночами... Может, Эркин-эфенди, действительно, любит её? Кто знает... Но девушка терпеть не могла его голоса, в нём звучала сила, воля и страсть, но любви не было совершенно...
В это время послышался стук копыт. Гевхерхан поднялась с места и вышла из беседки. Приставив ладонь к глазам, она пристально вглядывалась в дорожную пыль, поднятую всадниками. Их было двое.
  - О, Аллах... - прошептала султанша, внутренне сжимаясь в комок. - Неужто Эркин-эфенди возвращается, да ещё и не один?
Через минуту стало ясно, что это не Эркин. На чёрном и рыжем конях во двор въезжали братья-шехзаде - Эмир и Алемшах. Оба одетые по-охотничьи, словно собирались, либо возвращались с промысла. Лицо Гевхер сразу просияло, потому что она соскучилась по братьям, а во вторых, потому что страшная догадка не оправдалась.
К наследникам сразу подступило четверо слвг, которые помогли им сойти с коней, а затем взяли поводья и повели скакунов в стойла.
  - Мои отважные шехзаде... - поспешила с приветствиями Гевхерхан, - Вы принесли счастье в этот дом.
Обнявшись с каждым поочерёдно, девушка проводила их в беседку.

0

3

День выдался тёплым и солнечным. Сегодня у всех шехзаде не было обычной утренней тренировки, так как Эркин-ага накануне вечером со своими верными янычарами спешно выехал куда-то. Никто не знал, куда и по какому делу отправился предводитель янычар. От слуг шехзаде Эмир узнал, что во дворец к Гевхерхан-султан прискакал на взмыленной лошади гонец, передал Эркину-аге какую-то записку, после прочтения которой янычар, ничего не сообщив своей супруге, спешно покинул дворец. Весть об этом происшествии быстро распространилась благодаря слугам, которые пытались сохранить всё в тайне, однако это у них плохо получалось. И уже минут через пять после нехитрых расспросов шехзаде Эмир - любопытства ему было не занимать - уже знал достаточно, чтобы понять: сегодня Эркина-аги не будет весь день, и поэтому эта новость взволновала и обрадовала его. Он тут же побежал к шехзаде Алемшаху, чтобы сообщить ему эту новость. Они с Алемшахом уже давно договорились о том, чтобы навестить Гевхерхан-султан, так как они не были у неё уже больше месяца. Однако стражники, охраняющие покои Алемшаха, сообщили ему, что шехзаде в своих покоях примеряет новый охотничий костюм, подаренный ему недавно султаном.
"Нашёл время, когда охотиться", - подумал Эмир, однако постарался, чтобы его чувства не отразились на лице.
- А разве Алемшах собирается на охоту? - удивлённо спросил Эмир, - он мне об этом ничего не говорил.
- Шехзаде, - ответил стражник, - сегодня прекрасная погода, и поэтому шехзаде Алемшах пожелал немного поохотиться.
- Передай шехзаде Алемшаху, что у меня есть для него очень важная новость, - улыбаясь, сказал Эмир, - думаю, после того, как он её услышит, он отложит охоту до завтра.
Не успел Эмир договорить последнюю фразу, как из покоев вышел сам шехзаде Алемшах в дорогом охотничьем костюме, богато разукрашенном разноцветными драгоценными камнями и причудливыми узорами. Султан знает толк в красивых вещах, особенно в тех, которые имеют непосредственное отношение к охоте. Алемшах унаследовал от своего брата страсть к охоте, они вместе с султаном неделями пропадали на охоте, гоняясь за диким барсом, или выслеживая горных косуль на их тайных пастбищах. Эмир тоже любил охоту, но всё же не так, как его старшие братья. Ему больше были по нраву обыкновенные неспешные прогулки верхом, когда не нужно было за кем-то гоняться и от кого-то убегать. Однако теперь, когда он увидел Алемшаха, выходящего из своих покоев, он подумал, что сперва нужно навестить сестру, а поохотиться можно будет и после.
Когда Алемшах узнал о том, что Эркин куда-то уехал, он несказанно этому обрадовался. В глубине души он недолюбливал Эркина за его крутой нрав и за его манеру проводить тренировки. Эмир понимал это и жалел брата, которому доставалось от Эркина-аги не меньше, чем Эмиру.
И вот они уже подъезжают к дворцу Гевхерхан. Сестра вышла им навстречу, радостная, но немного бледная. Эмиру даже на какое-то мгновение показалось, что на её лице ещё не просохли следы слёз. Значит, что-то случилось, и наверняка что-то серьёзное. Интересно, что бы это всё могло значить?
- Сестра! - радостно произнёс Эмир, - Как я рад, что мы снова встретились! До нас доходили слухи, что ты была больна. Как твоё здоровье? Надеюсь, всё в порядке, Иншалла?

0

4

- Шехзаде хазретлери... - невысокий чауш с умными и добрыми глазами, кланяясь, вошёл в покои наследника. Юноша сидел за книгой, и появление слуги его несколько сбило с толку. Алемшах поднялся с место, резко звхлопнул книгу и, заложив руки за спину, подошёл к незваному гостю. Ага аоклонился вторично, после чего поднёс юноше сверток с султанской печатью. Шехзаде изумился и повел бровью, на что чауш сразу же пояснил: - Наш повелитель дарит Вам вот это одеяние для охотничьего промысла.
Алемшаху вновь пришлось изумиться, так как повода к таким подаркам не было, но обижать брата отказом совершенно не хотелось, поэтому юноша принял свёрток и отослал чауша, наказав ему передать благодарность брату и властелину.  Развернув его, Алемшах дался диву: наряд, присланный ему, походил не на охотничий, а скорее, на торжественно-выездной. Такой больше подошёл бы для пятничного приветствия или какой-либо другой церемонии, но для охоты... О том, что это, всё-таки, промысловый наряд, напоминали кожаный пояс и такие же вставки на кафтане. Юноша решил примерить его, чтобы потом отложить до лучших времён. Едва облачение было завершено, и шехзаде глянул на себя в зеркало, как пришёл еще один гость, и на сей раз более желанный. Брат Эмир любил являться баз уведомления и даже иногда без стука, но это мелочи. Известие о спешной отлучке Эркина привело Алемшаха сперва в замешательство, потом вызвало любопытство, так что на предложение поехать к Гевхерхан наследник ответил согласием. Он соскучился по сестре, поэтому мешкать было незачем.
Кони неслись во всю прыть, словно тоже по кому-то скучали. Всю дорогу братья оживлённо беседовали, причём Эмир несколько раз подтрунил над старшим братом из-за странного наряда. Алемшах нисколько не обижался, только улыбался, подставляя лицо встречному майскому ветру.
На подворье роскошного дворца сестры братья приехвли вместе, шаг в шаг. Расторопные аги мигом помогли им слезть с сёдел и занялись обустройством коней. Все несколько удивились, что шехзвде явились запросто, без провожатых и слуг, что гораздо более пристало османским наследникам. Алемшах вяло отшучивался, потому что ему не было дела до дворцовых формальностей, особенно теперь.
После взаимных приветствий и объятий с сестрой, все трое отправились в беседку, где всё было приготовлено для тёплой семейной беседы.
  - Ты превратила свой дворец в райский уголок, сестрёнка. - шутил Алемшах, но на самом деле, он был поражён тому, с каким вкусом был разведён сад, как замечательно на его фоне смотрелся дворец. - С твоего позволения, буду теперь бывать здесь чаще. Да и другие что-то уж очень засиделись в Топкапы, надо и их сюда привезти. Взять хотя бы Рухшах - целыми днями вынюхивает гаремные сплетни. Да и остальные не лучше. Ты бы тоже к нам приехвла как-нибудь, м? - и Алемшах собственноручно принял из рук калфы свежесваренный кофе и расставил чашки. - А теперь рассказывай, что стряслось, что Эркин так быстро уехал из Стамбула?

0

5

На вопрос Эмира султанша ответила довольно ясно и чуточку резко:
- Больна? Что за вздор такой, кто вам такое сказал! - и замолкла, тяжело вздохнув. Она знала, что Эмир всё равно не поверит просто так. Конечно, она старалась, чтобы её напускная весёлость была хоть чуть-чуть похожа на правду. Разумеется, она рада видеть братьев, но кроме этого поводов для радости у неё совершенно не было. Вот отчего Гевхерхан могла показаться бледной и утомлённой.
Выручил Алемшах, сказав много хороших слов о том, как сестра обустроила дворец и сад. Гевхерхан это польстило, но мысль о том, что однажды сюда съедутся все братья и сёстры, ее совсем не порадовала. В последнее время девушка не хотела общаться практически ни с кем из родных, даже Хайриниссы она сторонилась. Жила затыорницей, никуда не ездила и никого не хотела видеть у себя. На сердце лежал камень беспросветного одиночества, и что удивительно, Гевхер совершенно нехотелось от него избавиться.  Поэтому радость от встречи с шехзаде прошла, особенно после вопроса Алемшаха.
Разумеется, Гевхерхан не знала, куда направился её муж, да ещё на ночь глядя. В другое время она бы спокойно сочла, что Эркин нашёл себе кого-нибудь для ночных развлечений, но сейчас у неё не было такой уверенности. Глупо как-то думать, что для такого дела приезжает гонец и передаёт какое-то важное послание. А в письме, судя по всему, действительно, было что-то очень значимое. Но обо всём этом султанша не знала. Да и не хотела знать.
  - Сожвлею, брат, - начала она после непродолжительного раздумья, - но я не знаю, куда направился Эркин. Откуда такая уверенность, что он покинул Стамбул? Может, в корпусе случилось что-то, и он поспешил туда? Хотя, знаешь, где бы он ни был сейчас, пусть не торопится с возвращением.
И она замолчала. Дальше говорить не хотелось, так как Гевхер боялась разоткровенничаться с братьями. Особенно Эмиру было ни к чему знать, что на сердце у старшей сестры. Отогнав от себя вновь подступающую хандру, девушка решила перевести разговор в более благоприятное русло:
  - Лучше вы расскажите, как дела во дворце, как поживают остальные, всё ли в гареме хорошо?
В это время подоспел обед. Служанки внесли большой поднос, на котором стояли тарелки с яствами - воздух наполнился ароматами хлеба, жареного мяса, специй, зелени и риса. Теперь разговор должен будет пойти веселее. Гевхкрхан не притронулась ни к чему, даже её кофе, уже остывший и потерявший вкус, стоял нетронутым. Ей хотелось только послушать, что рассажут шехзаде.
  - Угощайтесь, - вымолвила султанша, делая знак рукой. - и давайте продолжим разговор.
Больше она не произнесла не слова, предоставляя гостям возможность расскажать о дворцовых, семейных и гаремных новостях.

Отредактировано Гевхерхан-султан (2016-01-05 12:38:59)

0

6

Шехзаде Эмир сразу почувствовал перемену в тоне и настроении сестры. Он всегда улавливал даже самые малейшие признаки назревающих бурь и конфликтов, заметил, с какой неохотой Гевхерхан говорит о своём супруге, и это ещё больше убедило его в том, что брак сестры с безжалостным и коварным янычаром никогда не был, да и не может быть счастливым. Разве может быть счастлив человек, если каждую секунду, каждое мгновение он живёт в постоянном страхе? До каких пор его сестра будет испытывать эту боль отчаяния и одиночества? Ведь в этом дворце она совсем одна, никто здесь не в состоянии утешить её добрым словом и отвлечь от грустных мыслей! С калфами и слугами разговаривать бесполезно, так как ничего нового, кроме бесконечных дворцовых сплетен, старых, как сама вселенная, они поведать не могут. И тогда Эмиру стало по-настоящему жаль сестру. Сердце его сжалось, словно его сдавили гигантскими клещами, а в душе происходила борьба. Если бы кто-то сейчас взглянул на Эмира, он не нашёл бы на его лице и тени волнения и беспокойства. Зато внутри него бушевал настоящий вулкан, который готов был в любую секунду выплеснуть наружу раскалённую лаву негодования и ненависти к несправедливости жизни.
Вот о чём думал Эмир по дороге в беседку. Он надеялся, что освежающая прохлада виноградных листьев, которыми сплошь была укрыта беседка, сможет хоть на минуту остудить то пламя, которое разгорелось в его молодом, бурливом сердце. Однако он ошибся. Он погрузился в глубокую задумчивость, из которой он никак не мог найти выхода. Наконец, Алемшах нетерпеливо дёрнул его за рукав, желая узнать о причинах этой задумчивости.
- Посмотри на сестру, Алемшах, - грустно сказал Эмир, - неужто ты не видишь, в каком она подавленном состоянии. Мне это не нравится. Скорее всего, здесь не всё так просто, тебе так не кажется?
Брат только посмеялся над словами Эмира, однако было видно, что и он чувствует себя "не в своей тарелке".
Наконец, принесли обед. Ароматные, сочные ломтики жареного мяса, щедро посыпанные мелкой зеленью, были аккуратно разложены по тарелкам, грецкие орехи в меду так и манили, словно бы норовя сами собой запрыгнуть в рот к тому, кто пожелает их отведать. Виноградные гроздья буквально сгибались под тяжестью крупных, спелых ягод. Поначалу Эмир ел с большим аппетитом, однако подняв глаза на Гевхерхан, он заметил, что она даже не притронулась к еде. Аппетит пропал, словно его и не бывало. Эмир отставил в сторону серебряные приборы. Он услышал, что Гевхерхан спрашивает о новостях из дворца, но он не знал, что ответить ей. В голове у него теснилось слишком много мыслей, они то и дело мешались одна с другой, прыгали, словно взбесившиеся котята, и Эмир никак не мог уловить самую главную из них. Он пробурчал что-то неразборчивое, смешался и замолчал. Все засмеялись. Алемшах начал что-то оживлённо рассказывать, но Эмир не слышал то, о чём он говорит. У него сами собой начали сжиматься кулаки, ногти больно впились в ладони, лицо превратилось в непроницаемую маску, и никто, даже самый близкий человек, не мог бы сказать с точностью, о чём он думал в эту минуту. Он впервые осознал, что по-настоящему ненавидит Эркина. Он даже подумал, что если бы янычарский ага в эту самую минуту вошёл в беседку, в которой сидели сейчас братья, Эмир наверняка убил бы его. Он твёрдо поклялся, что если с сестрой что-то случится, он будет мстить, и месть эта будет страшна и беспощадна. И тогда никому не поздоровится! Он решил поделиться своими мыслями с Алемшахом, но только в тот момент, когда их никто не будет слышать.
Между тем все обратили внимание на задумчивость Эмира. Эмир понял это, и чтобы не навлекать на себя лишних подозрений, произнёс оживлённым тоном:
- О, пустяки! Сегодня слишком жарко, я немного отвлёкся, но, надеюсь, больше этого не повторится. Простите мне мою неосторожность. Новостей во дворце у нас не так уж и много. Повелитель готовится к очередному походу против Венеции. Эти проклятые гяуры воображают, будто они главные в этом мире. На самом же деле настоящий властелин мира - наш великий падишах, властитель солнца и луны, рек и морей, всего, что мы видим и не видим. В предыдущей военной компании венецианцы отняли у нас Крит, часть наших владений. Теперь наше великое войско идёт в поход, чтобы взять у них то, что принадлежит нам по праву, и никто не сможет нам в этом помешать!
Эмир умолк, поняв, что разошёлся не на шутку. "Ну, теперь Алемшах обязательно начнёт смеяться над пылкостью моих суждений", - подумал Эмир, и, чтобы пауза не слишком затянулась, продолжил:
- Я недавно был у Мехмеда, он разрешил мне отправиться вместе с ним в поход! А ещё он сказал, что после того, как мне вручат меч и пройдёт церемония посвящения в янычары, он вместе с моей матушкой соберёт для меня настоящий гарем!
По мере того, как Эмир говорил, грустные мысли постепенно вытеснялись лёгкими и радостными. Однако он успел заметить, что при упоминании о янычарах Гевхерхан вздрогнула и по её лицу пробежала еле заметная тень. Но было видно, что она явно обрадовалась последним словам брата.

Отредактировано Шехзаде Эмир (2016-01-06 00:09:55)

0

7

Алемшах был согласен с братом. Их дорогая сестра изминилась в какие-нибудь считанные секунды. Радость и приветливость слетели, как шелуха, и осталось только сухое гостеприимство. Разумеется, обоим братьям хотелось другого, более тёплого приёма. Впрочем, в беседке обстановка вновь стала семейной, дружеской и доверительной. Слова Гевхерхан о том, что возвращение Эркина может подождать, были восприняты Алемшахом с иронией, но взглянув на Эмира, он понял, что брат отнёсся к речам сестры гораздо более серьёзно. Принесённая трапеза была великолепной... до поры до времени. Состояние Гевхкрхан заставило Алемшаха отодвинуть от себя блюдо с ароматным пловом, и шехзаде долгое время даже не смотрел в сторону яств. Завязалась беседа, и Эмир с воодушевлением стал рассказывать о предстоящем походе. Старшего брата всегда забавляла его восторженность, но сейчас она была на удивление кстати - это было единственным средством отвлечь Гевхер от грустных дум. Алемшах решил поддержать беседу:
  - Да, с этим делом не стоит затягивать... Я имею в виду церемонию меча. После неё Эмир может смело присоединиться к походу.
Шехзаде знал, что говорил. Поход не терпел промедления, а подготовка к обряду, который должен пройти каждый наследник, уже несколько затянулась. Разумеется, госпожа Шивекар хотела сделать всё в соответствии с предписаниями османских законов, но иногда её щепетильность была сверх меры. Конечно, можно бы сказать: "Один-два дня ничего не решают", но так ведь можно отговариваться до бесконечности. К тому же, Алемшах хорошо видел, что и самому Эмиру не терпится стать наравне со своими братьями, которые уже торжественно приняли меч. Что касается гарема, то видно было, что Эмира он занимал не так сильно. Впрочем, его время ещё не пришло. Но собрать его было необходимо. Со временем шехзаде сам изъявит желание выбрать себе надожницу, а пока должна быть соблюдена чистейшая формальность.
Юноша повернулся к сестре. Её пригожее личико снова стало бледным.
  - Когда буду у повелителю, непременно настою на том, чтобы ты приехвла на посвящение. Ты же не хочешь пропустить это событие, верно?
Возможно, это могло просто показаться, но Гевхерхан-султан сдержанно кивнула, не произнеся при этом ни слова. Алемшах мгновенно оценил ситуацию: сестра боится приезжать из-за Эркина - не хочет лишний раз видеться с ним. Впрочем, что же тут страшного? Все султанши будут наблюдать за торжеством из Башни Справедливости, откуда прямиком проследуют в гарем. Столкновение с собственным супругом Гевхкрхан грозить не будет. На какую-то долю секунды Алемшах поймал себя на мысли, что он чересчур цинично думает о браке сестры. Ему стало стыдно за самого себя - вместо того, чтобы посочувствовать сестре, он про себя посмеивается над её страхами. Однако что было бы, если бы на месте Гевхер оказалась Хайринисса? Вот тут шехзаде стало не на шутку тревожно. Если бы в такое положение попала его единокровная сестра, он бы, ни секунды не раздумывая, расправился с её постылым мыжем. Но ведь ягевхерхан тоже сестра, не менее родная и близкая.
Чтобы как-то отвлечься х, шехзаде переменил ход беседы.
  - Хайринисса передаёт тебе свой привет, дорогая. - сказал Алемшах. - Как-нибудь мы обязательно привезём её, ты же не быдешь против? Здесь, под твоим крылышком, она скорее оправится, у неё ведь снова был приступ...
И вновь неловкое ощущение за собственную речь. Чем бы порадовать Гевхерхан, брат говорит о чахотке... Впрочем, упоминание о Хайриниссе всегда вызывало у Гевхер трогательную улыбку. Так случилось и теперь.

0

8

Услышав о том, что Хайриниссе опять стало хуже, Гевхерхан ощутила, как вся холодеет. Это была единственная из сестёр, которую девушка любила до самозабвения, до потери пульса. Раньше, живя в Топкапы, ягевхер прятала свою сестренскую привязанность, никого не выделяя из остальных. Теперь же, находясь вдали от родного дома, она поняла, как сильно ей не хватает присутствия Хайри. Немудрено, что за идею брата султанша ухватилась с отчаянной цепкостью. Во-первых, здесь сестре будет спокойнее, чем дома, среди гаремных интриг. Во-вторых, наконец-то появится человек, с которым можно поговорить по душам, ибо с братьями и остальными сёстрами не очень-то хотелось изливать душу. В-третьих, в присутствии самой юной из османских султанш, Эркин-ага не посмеет вести себя привычным образом, Гевхерхан лично предупредит его об этом. Возможно, он потребует некоторой "компенсации" по отъезде сестры, но сейчас это волновало госпожу куда меньше. Хорошо бы, если Хайри осталась подольше - это будет на пользу и ей самой, и её старшей сестре.
Весть о посвящении Эмира тоже привела красавицу в хорошее расположение духа. Она видела, что младший брат очень возмужал, стал настоящим мцжчиной, и поэтому время церемонии меча уже подошло вплотную. Разумеется, ягевхерхан ни за что на свете не пропустит это торжество, она должна увидеть это. Правда, будучи истинной дочерью Турхан-султан, Гевхер мыслила на несколько ходов вперёд, и мысли эти были далеко не радужными. Эмир был последним из шехзаде, кто проходил обряд и давал клятву. Как только торжество завершится, он станет полноценным соперником Мехмеда. Тот, конечно, по-прежнему будет считать его просто братом, но ягевхерхан чувствовала, что с того дня будет относиться к шехзаде совершенно по-иному. Вряд ли они ещё когда-нибудь соберутся вот так, запросто, без особых поводов и церемоний... разые что быдет большая необходимость. Гевхерхан чувствовала, как внутри уже сейчас начиналась борьба сестринского чувства со здравым смыслом и расчетом. Её смущало ещё одно: в народе говорили о том, что не миновать бунта. И немудрено! У теперешнего султана целых шесть соперников, и когда младший его брат примет присягу на верность Осман-и Девлет*, среди янычар возникнет раскол, а это прямая дорожка к великой смуте. Мехмед будет находиться под угрозой свержения. Настроение вновь ухудшилось.
- Что ж... - начала Гевхерхан сдавленным голосом. Чтобы тот начал слушаться её, девушка сделала маленький глоток кофе. - Я обязательно приеду на посвящение в янычары. Когда назначено торжество... Потом обязательно приму у себя Хайриниссу, и будет лучше, если она будет гостить у нас как можно дольше. Уверена, Эмине Ферахшад-султан не будет возражать.
Говоря об этой женщине, Гевхерхан повела бровью в сторону Алемшаха. Она рассчитывала, что тот убедит свою валиде, и она отпустит дочь сюда. Откровенно говоря, Гевхер относилась к остальным жёнам отца с крайним недоверием. Даже Шивекар-султан всегда в чём-то подозревала. Султанша считала, что первая жена султана Ибрагима, несмотря на добрые отношения с Мкхмедом, все равно что-то замышляет. Иначе и быть не может, ведь в Топкапы у всех есть свои тайные мечты и цели. Эмине-султан не являлась исключением. Она была наравне с остальнвми хасеки, но почему-то ей Гевхерхан особенно не доверяла.

*Osman-î Devlet - Османское Государство (ст.тур)

Отредактировано Гевхерхан-султан (2016-01-08 20:30:22)

0

9

Шехзаде Эмир заметил, что радость сестры снова была мимолётной. Было видно, что весть о посвящении Эмира привела её в состояние задумчивости. "О чём она думает"? - подумал шехзаде. - Уж не о том ли, что с этой церемонией закончится наша прежняя, весёлая жизнь? Ну уж нет! Никакие дворцовые торжества, равно как и дворцовые интриги, не смогут притупить братскую любовь! Я всегда буду защищать Гевхер и всех сестёр от любых опасностей, и ни минуты не сомневаюсь в том, что братья мне в этом помогут. А если сестра думает о том, что с момента моего посвящения я стану ближе к трону, то пусть она об этом не беспокоится. Ведь я никогда не желал власти и не стремился завладеть миром. Сейчас империей Османов управляет Мехмед, он сильный и отважный правитель, а большего для государства и желать нельзя. Он мудро управляет делами, он щедр и милостив, когда это необходимо, но, в то же время, может справедливо наказать того, кто осмелится преступить черту закона и нравственности. Наш повелитель проживёт много лет, одержит череду блестящих побед и станет таким же великим, как и его предок султан Сулейман, которого в народе прозвали Великолепным. И произойдёт это очень скоро, я уверен в этом".
Так думал Эмир, и по мере того, как он мысленно уносился в необозримые дали, его лицо становилось всё более просветлённее. Гевхерхан заметила это и улыбнулась, а Алемшах похлопал брата по плечу, и тот сразу же встрепенулся. Разговор принял непринуждённый характер. Наконец-то сестра развеселилась, она громко смеялась шуткам братьев, на румяных щеках появились ямочки. В этот момент, казалось, она забыла о своей безрадостной жизни с Эркином, забыла о том, что он вообще есть на этом свете. А Эмир и Алемшах перестали ощущать былую скованность, им снова стало хорошо и уютно, так, как это бывало в прежние дни, когда братья и сёстры все вместе собирались в большом дворцовом саду Топкапы и подолгу беседовали, смеясь и подшучивая друг над другом.
"Нет"! - думал Эмир, - Эти прекрасные дни ещё не прошли. Мы ещё много раз будем собираться все вместе, и никакие злые силы не способны этому помешать!
Солнце, между тем, постепенно начало клониться к закату. За весёлой и оживлённой беседой братья не заметили, как быстро пролетело время. Эмир незаметно от сестры наклонился к Алемшаху и прошептал ему на ухо:
- Как я рад, брат, что Гевхер снова развеселилась! Посмотри на неё. Бледность сошла с её лица и она, наконец, перестала грустить. Мне кажется, ты был прав, когда сказал ей о том, что неплохо было бы привезти сюда остальных сестёр. Теперь, по крайней мере, она не будет чувствовать себя одинокой.
Потом, немного помолчав, он добавил:
- Однако нам уже скоро надо будет собираться в обратный путь. Я почему-то думаю, что Эркин-ага не появится сегодня ночью. Я больше, чем уверен, что там, куда он так спешно направился, его задерживают не только государственные дела, но и любовные, так что, надеюсь, в ближайшее время Гевхер ничего не угрожает.

Отредактировано Шехзаде Эмир (2016-01-09 19:44:16)

0

10

Шехзаде внимательно посмотрел на сестру. Гевхер, действительно, оживлялась по ходу разговора. Это радовало наследника не менее, чем предстоящее посвящение брата и участие в серьёзном походе. Все трое шутили, смеялись до самого вечера, и когда уже солнце зацепилось за горизонт, Алемшах понял, что пора возвращаться в Топкапы. И тут, словно бы в подтверждение его мыслей, появился слуга. Войдя в беседку, он поклонился и заговорил, глядя в пол.
  - Гевхерхан-султан... - говорил евнух, явно волнуясь. - Только что мои люди встретили Эркина-агу. Он возвращался из ятопкапы, с султанской аудиенции. Вчера вечером в Эдикуле случился пожар. Эркин-эфенди собрал двадцать янычар и вмести с ними отправились туда. Сейяас уже всё хорошо, ага возвращается во дворец.
Алемшах нахмурился. Эркина-агу он недолюбливал из-за тех слухов, что о нём доходили. Как боевой наставник он был непревзойденным, но как сцлтанский зять Османской династии... Одним словом, он сожалел, что его ненаглядная сестра связала судьбу именно с ним.
  - Эмир, брат, ты слышал. Уже скоро Эркин вернётся. А ты же не хочешь, чтобы он узнал о твоих побегах с тренировок... Да и Гевхерхан уже нужно отдохнуть.
И наследник поднялся из-за стола. Эмир последовал его примеру.
  - Доброй ночи, сестрёнка. - и Алемшах обнял Гевхер за плечи, глядя ей в глаза. В них сразу появилась тоска, но время уже было довольно позднее, поэтому пора было отправляться.
  - До свидания, сестра. - шехзаде и Гевхерхан обнялись ещё один раз. Слуги подвели юношам коней. Братья вскочили в сёдла и уехали в свой дворец.
http://sd.uploads.ru/QRfrW.png

0


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Братская любовь в тени садов (11 мая 1660 года)