http://epoxabezumca.forum-top.ru/styles/0018/a9/cd/style.1499333480.css
http://forumstatic.ru/styles/0018/a9/ce/style.1499333611.css

Очерёдность в актуальных эпизодах Достаточно, Эркин-ага - Эркин-ага Когда нарциссы распускаются - Шехзаде Алемшах В ожидании добрых вестей - Шехзаде Эмир Шехзаде должен знать истину - Эмине Ферахшад-султан Должок за тобой, Ирум-хатун - Турхан Султан Опасная правда - Ирум-хатун Ночной бред - Кёсем-султан


Эпоха Безумца и Охотника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Моё почтение, Айшехан-султан (20 февраля 1642 года)


Моё почтение, Айшехан-султан (20 февраля 1642 года)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Название эпизода
Моё почтение, Айшехан-султан

Время и место действия
20 февраля 1642 года.
Дворец Топкапы - Золотой путь

Суть
Кеманкеш, ожидающий аудиенции повелителя у дверей султанских покоев, встречает Айшехан-султан. Между потенциальными супругами завязывается разговор, в ходе которого хитроумный паша задает султанше несколько каверзных вопросов. Намерение у него одно: заронить в душе госпожи первые семена недоверия к собственной матери. Для Айшехан-султан это будет настоящая проверка на твёрдость духа и в каком-то смысле на крепость нервов.

Участвуют
Кеманкеш Мустафа-паша, Айшехан-султан.

0

2

Кеманкеш с самого утра был... как бы помягче выразиться... несколько не в духе. Десятки жалоб от торговцев по самым разным поводам, приносимые слугами, уже просто не помещались на столе, в корзинах и шкатулках, коих у паши было великое множество. Больше всего было жалоб на янычар, которые начали без спросу брать в долг, а если кто-то пытался перечить, отвешивали такие смачные затрещины, что у незадачливого торговца потом целые сутки звенело в ушах. Накопившиеся жалобы нужно в том или ином виде представить государю, чтобы он своей высокой волей положил конец этим бесчинствам. И вот Кеманкеш уже добрых полчаса, а то и более, дежурит на Золотом Пути, переминаясь с ноги на ногу, всё высматривает что-то и вслушивается в каждый шорох. Но повелителя в покоях нет, и неизвестно, когда он соизволит вернуться.
Паша начинал злиться. Не на султана, разумеется. Просто так.
Вдруг в дальнем конце главного коридора послышались шаги. Судя по лёгкости поступи и шёроху длинных богатых одежд, по Золотому пути шла женщина. Валиде? О, Кеманкеш готов был встретиться лицом к лицу с самим шайтаном, но валиде-султан была для него во стократ хуже. Кеманкеш закусил губу и всмотрелся в маячащую в конце коридора женскую фигуру. Нет, это не Махпейер. Но кто же? Может быть, кто-то из молоденьких хасеки пожелал припасть к ногам повелителя? Паша вгляделся повнимательнее, и понял, что по Золотому Пути идёт никто иной, как Айшехан-султан. Ведь именно её Кёсем-султан прочит паше в жёны. Мустафа почтительно поклонился госпоже, отметив про себя, что она очень красива и величественна.
- Рад знакомству, госпожа. - учтиво произнёс Кеманкеш. За годы служения во дворце он успешно изжил все свои янычарские замашки и теперь ничем не отличался от других визирей. Впрочем, нет: одно различие, всё-таки, имелось. Другие сановники с ног до головы пропитаны чванством и лживой угодливостью, а в Мустафе-паше этого не было. Вот отчего весь османский двор так взъелся на него. Особенно валиде-султан. Но её можно понять: она женщина, а женщины любят, когда им льстят, пускай даже и очень грубо.
- Моё имя Кеманкеш Мустафа-паша. Я главный советник нашего повелителя. Жаль, что валиде-султан не представила меня Вам раньше.

+3

3

Этим утром Айшехан решила навестить повелителя и поговорить с ним по душам. Султанша давно нуждалась в братней поддержке и ласковом слове. Ненадолго зайдя к валиде, Айшехан попросила её материнского благословения, после чего направилась к Золотому пути, ведущему аккурат к султанским покоям. Ещё издали женщина приметила, что у дверей взад-вперёд расхаживает какой-то человек. На нём дорогой кафтан и визирский кавук. Прежде султанша никогда не встречала его, и ей стало любопытно, кто он и что ему понадобилось.
Неизвестный заговорил с госпожою первым. Айшехан ответила на его приветствие благосклонным кивком. Мужчина представился Кеманкешем Мустафой-пашой. Султанша едва слышна хмыкнула.
- Значит, Вы и есть тот самый непобедимый стрелок, о котором вся империя толкует... Мой покойный брат, султан Мурад-хан, очень ценил и уважал Вас. Да и у валиде Ваше имя с уст не сходит. Наконец-то я увидела Вас воочию.
Айшехан говорила учтиво и ровно. Возможно, паша ожидал, что увидев его, она придёт в восторг, но этого не случилось. Сановитость, выправка и решительный взгляд присущ многим османским вельможам, и Кеманкеш не отличался среди них ничем особенным. Из-под чёрных густых бровей смотрели серьёзные, умные глаза, голос низкий, немного суровый, речь суха и формальна. Ничего слишком особенного. Айшехан ещё раз окинула беглым взглядом великого визиря и поджала губы.
Значит, именно с этим человеком ей предстоит связать себя узами никяха. Что ж, если валиде так угодно, она это сделает, тем более султанша поддерживала любое решение матери, всегда была на её стороне. К тому же, замужество Айшехан совершенно не пугала. При одном взгляде на пашу, она поняла, что брак, скорее всего, окажется фиктивным. Ей куда приятнее будет радоваться за сестру Ханзаде, которая скоро родит. Старшая из дочерей Кёсем с удовольствием возьмёт на руки племянника или племянницу, так как своих детей у неё больше нет.
Между тем пауза затянулась, и султанша не знала, что говорить. Ей было как-то неуютно в присутствии этого сурового, неулыбчивого человека.

+1

4

Мустафа слегка прищурился. Его глаза разглядывали госпожу с почтительным интересом. Во всех чертах этой женщины угадывалось прямейшее родство с Кёсем-султан. Разве что разница была в характерах: Айшехан-султан, как все говорят, очень добрая, рассудительная и чуткая, чего не скажешь о валиде-султан. Кеманкеш глухо прокашлялся - голос отчего-то дал сбой.
- Для меня честь, султаным, слышать такое из Ваших уст. Видимо, и валиде-султан хазретлери очень ценит меня. - слова паши не были лишены так называемого "двойного дна". Кеманкеш специально произнёс эту любезную фразу с особым нажимом, но тут же спохватился: а что, если султанша раскусит этот намёк? В конце концов, о взаимной враждебности валиде и великого визиря знают очень многие, но ведь старшей дочери Кёсем этот факт может быть и неведом. Хотя судя по глазам, женщина о чём-то начала догадываться.
Паша лениво переступил с ноги на ноги. Он не знал, чем заполнить наступившую тишину. Госпожа тоже не торопилась отвечать. И тут в хитром уме Кеманкеша мелькнула нехорошая мысль, продиктованная, без сомнения, неприязни к Кёсем-султан.
- Скоро состоится наш никях. Слышвл, валиде уже затеяла приготовления. Да принесёт этот союз счастье всем нам... - Мустафа благочестиво возвёл глаза к небесам и сделал молитвенный жест, похожий на омовение. В лице султанши не было даже самомалейшей перемены. Только глаза как-То странно блеснули. - Вы не рады этому, как я погляжу?
Кеманкеш осмелел настолько, что в три шага сократил расстояние между ним и султаншей, которое во дворце принято именовать "почтительным". Взгляд визиря сделался проницательным. Айшехан-султан была по-прежнему невозмутима.

+1

5

Лёгкая улыбка тронула уста Айшехан, когда Кеманкеш начал "подпускать турусы". Султанша была доброго нрава, но не глупа, чтобы не разгадать намёков паши. Женщина сложила руки, пальцы сами собрались в "замок", и умные глаза госпожи воззрились на Мустафу проницательно и понимающе.
- Тут нечему радоваться. Впрочем, и сердиться тоже нет причины. - ответила Айшехан с едва заметной усмешкой. - Мудрость валиде велика, и я рада и горда быть её дочерью, её правой рукой. Если же Вы недовольны её решением, тем, что она с открытым сердцем хочет помириться, так и скажите ей. Не стоит думать, будто мне ничего неизвестно.
Воцарилась тишина. Паша смутился, поняв, что султаншу нельзя пронять ничем.
- Мне думается, паша, это Вы не рады нашему браку. Будьте честны - это так. Вас все знают как открытого и прямолинейного человека, у которого что на уме, то и на языке. Или они ошибаются?
Говоря всё это, Айшехан почувствовала, что она истинная дочь своей матери. В каждой нотке своего голоса, в каждом слове она слышала свою валиде. Кёсем-султан умела разговаривать с людьми, да не просто разговаривать, но и склонять их в свою сторону. И Кеманкеш, пожалуй, единственный человек, который не попал в хитро расставленные сети самой могущественной госпожи в истории. Айшехан не вмешивалась в дела матери, но понимала, что в наиболее ответственный момент валиде будет рассчитывать именно на свою старшую дочь. Пускай другие сочтут Айшехан безвольной, не имеющей собственного мнения - так или иначе, но они в один прекрасный момент останутся не у дел. Султанша с самого детства была прекрасной помощницей и спутницей для валиде - в восемь лет (представьте только!) она вышла замуж за Насуха-пашу, потом, когда он умер, за Экрем Гази Хюсрева-пашу, и этот брак был очень удачным и счастливым. Если бы не чёрная хвороба, унесшая мужа и детей, Айшехан бы узнала, что такое счастье до глубокой старости. И вот теперь ей предстоит соединиться узами брака с Кеманкешем Мустафой. Что ж, это не самый худший вариант, строго говоря. Например, сестра Фатьма сейчас с супругом далеко от столицы... хотя, насколько знала Айшехан, Сулейман-паша любит жену до самозабвения и готов ради одного её ласкового взгляда стереть в порошок полмира и кинуть рассыпчатый многоцветный пепел к её искусно расшитым башмачкам. Но любит ли его Фатьма? Вполне возможно, что уже успела полюбить. А вот её старшая сестра, наверное, уже никого так сильно не полюбит, как Экрама Гази. А уж Кеманкеша - и подавно.

+1

6

Кеманкеш не ожидал такого поворота событий. Он и предугадать не мог, что Айшехан-султан всё известно о неприязни между ним и валиде-султан. Однако Кеманкеш решил не ударять в грязь лицом, хоть Айшехан и госпожа, а всё-таки женщина, а перед женщинами Маустафа-паша отроду не робел.
Паша хмыкнул в усы, пригладил бороду (пуще для виду) и воззрился на султаншу проницательно и не без иронии. Эта женщина ему была приятна - и в первую очередь паша ценил её ум (почему-то ему думалось, что дочери Кёсем-султан недальновидны и вообще витают в облаках).
- Вы не уступаете в разуме своей валиде, госпожа. За это Вас я ещё больше ценю и уважаю. Однако, если Вы так хорошо знаете цели своей матери, может быть, откроете мне - не ловушка ли это? Мы ведь с Вами почти супруги. Никях не за горами, и я, как будущий Ваш муж, имею право знать истину.
Сквозь смоляно-чёрную, прошитую нитками седины, бороду Мустафы проглянула усмешка. Она несколько походила на волчью. Глаза паши скользнули по лицу августейшей собеседнице - оно было непроницаемо. Совершенно было непонятно, что думает Айшехан-султан... Может, она не такой уж ангел во плоти, как о ней все говорят? Кто знает, какие мысли разгуливают в её прекрасной голове.
Впрочем, возможно, что нехорошие намерения вдохнула в свою дочь именно Кёсем-султан.
"Валиде доверять нельзя. И её старшей дочери, наверное, тоже. Может быть, в день никяха на меня будет устроено покушение - Кёсем-султан настолько изобретательна, что следует бояться каждого угла, каждого глотка воды и каждого встречного. В этом дворце ни у кого нет своего лица - и у Айшехан-султан тоже. Иншалла, я ошибаюсь, и госпожа не питает ко мне неприязни, как её бесценная матушка. Если же это не так, и она столь же сильно ненавидит меня, я сумею приструнить и её, и Кёсем."
- Неужели, Вам так сложно ответить? В конце концов, у нас с Вами не может быть никаких тайн - скоро я стану зятем Османского рода, и, может быть... конечно, с великой милости Всевышнего, сделаю Вас счастливой. Все знают, как Вы тоскуете по своему покойному мужу Хюсреву. Удивляюсь, как Кёсем-султан разглядела в нём что-то хорошее. Такое доброе сердце, как у него, не является признаком силы...
В этот момент Кеманкеш осёкся, ибо понял, что сделал больную струнку в сердце госпожи. На какое-то мгновение ему даже почудилось, что в глазах султанши блеснули первые хрусталики слёз. Чтобы исправить положение, Мустафа пошёл на попятной и произнёс более мягко.
- Айшехан-султан, простите меня. Все знают, я человек открытый - слова у меня с мыслями не расходятся. Но я даже представить не мог, что оскорблю Вас.

+1

7

Такая насмешка, в открытую, глядя в глаза, ранила Айшехан до глубины души. Султанша еле сдержалась, чтобы не заплакать в присутствии человека, который не стоит ни слёз, ни смеха, ни каких-либо других проявлений человеческих чувств. Султанша остро ощутило, как её сердце обтягивается непроницаемой бронёй поверх которой вырастает серая каменная твердь.
- После того, что Вы сказали, паша... - женщина глянула на Кеманкеша с невыразимым упрёком, на самом дне которого пузырился сгусток презрения, - вы не заслуживаете ни единого слова от меня. Но если Вы раскаиваетесь, я кое-что скажу: наша валиде от всего сердца желает примирения с Вами. И Вам бы следовало стремиться к этому. Если Вы остановитесь, Кёсем-султан будет милосердна к Вам. То, что она позволила нам сочетаться браком - уже великая милость. А сейчас мне пора.
И Айшехан, спокойная и прямая, как натянутая струна, покинула Золотой Путь. Она даже не удостоила Кеманкеша взглядом, ей не хотелось видеть, в каком он состоянии - растерян ли, раздосадован ли, ей безразлично. Свернув за угол, султанша остановилась у стены, велев двум верным невольницам подождать её с минутку. Убедившись, что больше в коридоре никого нет и шагов поблизости не слышно, Айшехан дала волю слезам. Крик бессильного отчаяния так и рвался наружу, но султанша намертво приковала его к своей груди, не позволяя освободиться. Чудесные глаза, всегда добрые и ласковые, теперь были окружены красным ореолом, но это не портило облика Айшехан, а придавало ему нечто новое. Только спустя долгих три минуты, султанша утёрла снова и снова выступающие слёзы, резко вдохнула, впуская в себя свежую воздушную струйку, и лишь после этого вернулась к девушкам, покорно ожидающим её поблизости.
- За мной. - безжизненно проговорила Айшехан. - Валиде не узнает о том, что сказал паша. Вы никому не скажете. Ослушницу мне придётся отлучить от дворца.
Наложницы несмело кивнули.
Изящный силуэт Айшехан-султан хазретлери удалялся всё больше и больше от Золотого Пути.
http://sd.uploads.ru/QRfrW.png

0


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Моё почтение, Айшехан-султан (20 февраля 1642 года)