http://forumstatic.ru/styles/0019/64/4c/style.1513438851.css
http://forumstatic.ru/styles/0019/92/f0/style.1522497235.css

Очерёдность в актуальных эпизодах Достаточно, Эркин-ага - Эркин-ага Когда нарциссы распускаются - Шехзаде Алемшах В ожидании добрых вестей - Шехзаде Эмир Шехзаде должен знать истину - Эмине Ферахшад-султан Должок за тобой, Ирум-хатун - Турхан Султан Опасная правда - Ирум-хатун Ночной бред - Кёсем-султан


Эпоха Безумца и Охотника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Сюжет №1.Эпоха Безумца » Чужие по крови, близкие по духу (8 апреля 1642 года)


Чужие по крови, близкие по духу (8 апреля 1642 года)

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Название эпизода
Чужие по крови, близкие по духу

Время и место действия
15 апреля 1642 года.
Стамбул, дворец Абиде-султан.

Суть
Получив разрешение остаться в Стамбуле, Михрибан-султан начинает жить жизнью госпожи. Однажды она решает навестить Абиде-султан, приёмную дочь Кёсем. Султанши на удивление быстро сближаются, так как у них похожие судьбы. Одна потеряла сына, другая - мать.

Участвуют
Михрибан-султан, Абиде-султан.

0

2

Разговор с Кёсем-султан, произошедший днём ранее, закончился так, как и предполагала Михрибан-султан. Валиде, поняв, что великая тайна, касающаяся давнего пожара в Стамбуле, может раскрыться, и тогда расправы не миновать, разрешила хасеки остаться в столице и даже пообещала сделать всё, чтобы шехзаде Хюсейна перезахоронили в мечети покойного султана Ахмеда. От надёжных людей Михрибан уже успела узнать, что Ибрагим хотел выделить для вдовствующей госпожи особняк Инджили, однако Махпейкер запретила это делать, сказав, что султанша останется в Старом Дворце. Не особенно расстроившись, Михрибан решила не поднимать шум из-за этого. Главным было остаться в Стамбуле, и она осталась. Теперь можно медленно идти к своей цели и готовить месть.
Первым маленьким шажком должен стать визит к Абиде-султан, самой младшей дочери Ахмеда от наложницы Фатьмы-хатун, которую постигла печальная участь. Бедняжка умерла от рук людей Кёсем, ей судилось радоваться своей дочери всего месяц, после чего малышку забрали во дворец, и валиде, будучи женщиной широкой души, удочерила её и относилась к Абиде так же, как своим родным детям.
Зная всю подноготную этой тёмной истории, Михрибан со временем надеялась посеять сначала зёрна недоверия, затем породить сомнение в душе султанши, а там и вовсе рассорить её с мачехой.
- Куда мы едем, госпожа? - спрашивала калфа, сидящая напротив хасеки в карете. Ещё вчера её звали Гюльрана, а теперь она носила краткое, но звучное имя Дилек.
- К Абиде-султан, Дилек. Она жена Мусы-паши. Думаю, мы с нею найдём общий язык.
У главных дверей госпожу встретила служанка Абиде. По лицу женщины было видно, что она видит гостью впервые. Хасеки улыбнулась.
- Скажи, хатун, что приехала Михрибан-султан. Давно не видела Абиде, хотела проведать.
Калфа поклонилась и чуть не бегом устремилась к госпоже с докладом, а когда вернулась, учтиво поклонилась и пригласила войти.
"Красивый дворец. - констатировала султанша, идя за калфой. - Видно, Кёсем расщедрилась и подарила падчерице достойный дом. Однако что-то не похоже на семейное гнёздышко..."
Как раз в этот момент сверху спустилась Абиде. В последний раз Михрибан видела её пятилетней девочкой, а теперь ей уже было года двадцать четыре. Светлые волосы, тонкий стан, хрупкие запястья и светлые глаза - всё напоминало кроткую, безответную Фатьму.
- Абиде! Какой же красавицей ты стала! - воскликнула Михрибан, беря хозяйку дворца за руку. - Ты, должно быть, совсем не помнишь меня...

+1

3

- Дела не ждут, Абиде. Не грусти без меня. - говорил паша, надевая новый кафтан. Абиде отослала всех служанок и сама помогала мужу облачаться во всё новое, сшитое лучшими портными. Через плечо супруга султанша глянула в зеркало. Паша выглядел так, словно его нарисовали искусные живописцы. Абиде улыбнулась.
- Тебя ждать к обеду? - спросила жена, беря Мусу за руку. Тот насупился и произнёс.
- И к ужину не жди, сегодня будет много дел.
Поправив массивный пояс, паша ещё раз оглядел себя, после чего вышел, даже не поцеловав жену в лоб. Абиде терялась в догадках - что могло произойти с супругом в такой короткий срок? Впрочем, визире все отличаются нервозностью и раздражительностью, уж слишком много навалено на их плечи.
Оставшись одна, султанша села за книгу. Сборник, попавший в руки султанши, разительно отличался от всего, что она когда-либо читала. Это был диван казнённого поэта Нефи - "Сихам-и Каза", что означает "Стрелы судьбы".  Стихи, в нём содержащиеся, были и остаются под запретом, но паша каким-то чудом успел перебелить его для себя (конечно, не сам, к этому делу он подрядил умелых писцов). Любящая чтение, жена не удержалась, чтобы не стащить запретную книжицу к себе с той оговоркой, что вернёт её до того, как паша хватится "Стрел судьбы". Сколько времени протекло за чтением, никто не считал.
- Абиде-султан... - произнесла калфа, входя в комнату. Султанша едва успела захлопнуть книжку. - Приехала Михрибан-султан хазретлери.
Абиде посмотрела на калфу с недоумением и тревогой. Имя гостьи показалось ей знакомым, словно она где-то слышала его раньше. Подумав несколько мгновений, она вызвала в памяти образ статной женщины с тёмно-каштановыми волосами и лукавым взглядом.
- Сейчас я приду. - молвила султанша и, поднявшись, последовала за служанкой вниз.
Михрибан-султан встретила Абиде ласковой улыбкой. Султанша видела её, когда была совсем ребёнком. Прошло почти двадцать лет, на лице госпожи прибавилось морщинок, но она оставалась очень красивой.
- Признаться, я не сразу Вас узнала. Вы - мама шехзаде Хюсейна... - виновато улыбаясь, сказала Абиде. - Вы всё так же красивы. Добро пожаловать.

+1

4

"Она помнит, - не без удовольствия подумала госпожа, - это добрый знак."
Имя, нечаянно слетевшее с уст прелестной хозяйки, украло улыбку с лица Михрибан. Впрочем, та быстро взяла себя в руки и вновь взглянула на Абиде с лаской.
- Милостивый Всевышний, что ты такое говоришь. Наше время проходит, черёд вам, молодым, весну встречать. А где же твой супруг?
Михрибан как раз заметила, что Абиде вышла навстречу гостье одна, без мужа, а между тем вдовой хасеки очень было любопытно познакомиться с ним. По счастью, калфа, что стояла здесь же, сказала:
- Муса-паша ушёл несколько часов назад, вернётся поздно вечером. У него большие дела.
После этих слов, служанка провела обеих султанш в просторные покои, служащие чем-то вроде гостиной. Поскольку супруги были не охочи до частых приёмов гостей, здесь всё было скромно, но изысканно. Госпожи расположились на тугих подушках возле низенького столика. Судя по всему, им предстояло не только поговорить, но и потрапезничать вместе.
Вскоре невольницы принесли подносы со сладостями и шербетом. Михрибан улыбнулась Абиде, показывая, что не стоило так утруждаться.
- Какая роскошь... - проговорила хасеки, почувствовав аромат свежей баклав. - Тот, кто её испёк, должно быть, имеет золотые руки.
Молодая султанша пожала плечами, мол, ничего особенного. После того, как яства были принесены, можно было начинать немудрёный разговор о своём, о женском. В конце концов, Михрибан бывает у Абиде впервые, и сразу выкладывать страшную правду нельзя. Вообще с этим делом тянуть не стоит, ведь если действовать сразу, можно погубить весь план. Пусть Кёсем и всё её окружение думает, что Михрибан не опасна, что ей ничего не остаётся, как только доживать свой век в слезах и молитвах о сыне. Так-то оно, может, и так, вот только хасеки не собиралась спускать Кёсем убийство своего шехзаде с рук. Именно сейчас и было самое подходящее время для мести, когда все думают, что овдовевшая и осиротевшая султанша бессильна. Пусть так думают и дальше.
- Правду говорят, дорогая, что когда две женщины сойдутся, то весь свет уши затыкай. - начала фаворитка султана Ахмеда, двумя пальцами беря кусочек баклавы. Сегодня она против обыкновенного была очень весела и словоохотлива (когда надо, Михрибан умела притвориться хоть весёлой и беззаботной, хоть удручённой и печальной). - Часто паша так отлучается из дома?

Отредактировано Михрибан-султан (2018-04-14 11:48:29)

+1

5

Молодая султанша была искренне рада принимать в своём дворце Михрибан-султан, о которой до сей поры слышала только хорошая. История этой женщины заставляла глаза увлажняться слезами, а сердце - сжиматься в комок. Абиде помнила Хюсейна, одно время они даже весело играли вместе, шехзаде присматривал за младшей сестрой, никому не давал её в обиду. Валиде ничего не имела против и позволяла детям общаться столько, сколько им захочется. Всё изменилось после восшествия султана Мурада на трон. На тот момент это был самый старший из детей покойного Ахмед-хана. Абиде уважала и боялась старшего брата, предпочитала пореже попадаться ему на глаза и говорить с ним о чём-либо. Во-первых, норов Мурада был настолько крут, что не всякий мог его выдержать, а во-вторых, потому что на тот момент не стала Хюсейна, единственного из братьев, который принимал Абиде всерьёз и защищал её ото всех. С того момента юная госпожа замкнулась в себе. Когда она расцвела и превратилась в прекрасную девушку, настала пора вить собственное гнёздышко. На тот момент жизнь в Топкапы стала для Абиде невыносимой, и она слёзно молила валиде отдать её замуж. Её выдали за Кючук Мусу-пашу. "Маленьким" паша был только из-за прозвища, а в действительности, его высокий рост, стать и повадки внушили Абиде спокойствие. С этим человеком она могла бы себя чувствовать себя, как за каменной стеной. Так и случилось. Единственное, что печалило султаншу в браке - это частые отъезды паши, дни и ночи, проведённые в одиночестве. Хвала Аллаху, теперь у Абиде появилась ещё одна собеседница - умная, приветливая, с богатым жизненным опытом. Уж кто-кто, а Михрибан-султан много натерпелась за свою жизнь.
Разговор шёл своим чередом, к тому же, яства, поданные султаншам, оказались великолепными. Абиде увлечённо наблюдала за каждым жестом гостьи, видела, как та блаженно прикрывает глаза от удовольствия.
- И не говорите, госпожа. Аллах устроил так, что мужчины сами по себе, а женщины сами по себе, вместе им дозволено сходиться лишь в кругу семьи. Если бы не Вы, я бы умерла со скуки. Валиде тревожить своими мелкими горестями я не смею, а с Вами общаться - сущее наслаждение.
Лицо Михрибан-султан стало точь-в-точь таким, как в её имени - солнечным. Всё-таки, недаром эта изящная женщина носит такое имя, оно ей идёт. Госпоже явно льстили те комплименты, расточаемые доброй хозяйкой. А впрочем, где же тут лесть, если Абиде говорила так совершенно искренне. Отлучка паши превратилась бы в настоящую пытку, если бы не вдовствующая хасеки.
- Муса-паша - большой человек. Ему некогда проводить время со мной. Во дворце он появляется уставшим, и я делаю всё, чтобы он был счастлив.
Калфа, опекавшая Абиде-султан и исполнявшая все её мелкие поручения, была тут же. Женщина эта была говорливой и за словом в карман не лезла. Прекрасно зная, что во время разговора двух султанш вмешиваться нельзя, она всё же вставила слово:
- Говорят, в Стамбул приехали важные купцы из Персии. Такие богатые, что сойдут скорее за родичей шаха, нежели за торгашей. Муса-паша решил узнать, что это за люди.
Абиде даже не смогла донести кусочек локмы до рта, услышав об этом. Что же это получается? Её наперсница, её верная калфа знает больше хозяйки? Где же это видано. Михрибан-султан, судя по всему, тоже заинтересовалась новостью. Казалось бы, что тут удивительного - ну, приехали персидские купцы, наверняка с каким-нибудь дорогим товаром, так мало ли в Константинополе всякого торгового люда? Абиде приметила, как у гостьи заблестели глаза.

+1


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Сюжет №1.Эпоха Безумца » Чужие по крови, близкие по духу (8 апреля 1642 года)