http://forumstatic.ru/styles/0019/64/4c/style.1513438851.css
http://forumstatic.ru/styles/0019/92/f0/style.1522497235.css

Очерёдность в актуальных эпизодах Достаточно, Эркин-ага - Эркин-ага Когда нарциссы распускаются - Шехзаде Алемшах В ожидании добрых вестей - Шехзаде Эмир Шехзаде должен знать истину - Эмине Ферахшад-султан Должок за тобой, Ирум-хатун - Турхан Султан Опасная правда - Ирум-хатун Ночной бред - Кёсем-султан


Эпоха Безумца и Охотника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Не травить, а стравливать (1 сентября 1659 года)


Не травить, а стравливать (1 сентября 1659 года)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Номер сюжета
Сюжет №2

Название эпизода
Не травить, а стравливать

Время и место действия
1 сентября 1659 года
Дворец Топкапы - покои валиде-султан.

Суть
Неприятное происшествие с новой султанской фавориткой подняло на уши весь гарем. Турхан-султан не без основания подозревает Инджифер-калфу, которая в последнее время, несмотря на строгий запрет, хлопочет ради хасеки Гюльнюш. У хатун есть шанс исправить свои ошибки.

Участвуют
Турхан-султан, Инджифер-калфа.

0

2

- Валиде, клянусь Аллахом, не ведаю, как это зелье попало на стол к повелителю... - говорил евнух, отвечавший за султанскую трапезу. Турхан метала громы и молнии. Редко кому удавалось видеть её в таком состоянии, и ага трепетал перед госпожой, как осиновый лист на ветру. Одетая медового оттенка платье, Турхан всё равно умудрялась производить впечатление проснувшейся гарпии.
- Сейчас же велю тебе голову снести, чурбан эдакий! Как? Как эта отрава проникла в покои султана? А если бы Мехмед отведал это кушанье?!
Большие тёмные глаза белокурой украинки жгли и превращали провинившегося слугу в пепел. Он уже не мог что-либо говорить в своё оправдание, только по-собачьи смотрел на валиде и дышал через нос. Турхан не помнила себя от гнева.
"Вот пусть только попадётся мне Рефия - я и ей покажу!" - сердилась султанша, меряя шагами ту часть покоев, которая была отделена небольшим порогом и где стояла длинная тахта.
- Госпожа... - вновь подал голос ага, видимо, понявший, что лучше сейчас не разыгрывать немого, а вспомнить всё, что случилось, получше. - Когда я нёс блюда в покои, то встретил Инджифер-калфу. Она так странно на меня посмотрела, потом на поднос...
Турхан обернулась на слова аги так резко, что бедолага чуть не подскочил от неожиданности.
"Впечатлительный какой... - не без усмешки отметила валиде. - Грех такого наказывать. А вот с Инджифер надо поговорить построже."
- Немедленно позови сюда Инджифер! - прошипела Турхан, буравя евнуха взглядом. Того как ветром сдуло. Калфа явилась минут через десять, степенная, стройная, всегда с умным выражением лица и готовностью к любым приказаниям. Валиде смерила её оценивающим взглядом, а потом сказала:
- Ты отвечаешь в гареме за воспитание наложниц и их безопасность. Как же могло так случиться, что фаворитка моего сына чуть не отдала Аллаху душу?

+2

3

- Все в класс, пошевеливайтесь! - выкрикивала Инджифер, следя за тем, как наложницы выстраиваются друг за другом. - Чтоб ни звука у меня!
К чести девушек, те хранили благонравное молчание и не позволяли себе смешков и перешёптываний. Они тихим шагом направились в комнату для занятий, ведомые одной из помощниц Инджифер, калфой пониже рангом. Ташлык опустел, и хатун уже собиралась подняться на самый верх, в покои Махпаре-султан, чтобы рассказать о том, что приключилось вчера, как её тронули за плечо. Женщину передёрнуло. Она обернулась и увидела Месута-агу, одного из евнухов, приставленных к султану по велению самой валиде. Инджифер уставилась на него с раздражением:
- Тебя зачем нелёгкая принесла?
Евнух замялся и произнёс, не глядя на калфу:
- Валиде-султан хазретлери тебя ожидает. Поспеши.
"Милостивый Всевышний... - мороз пробрал женщину до костей. - Неужто всё открылось? Турхан-султан наверняка велит казнить меня. Но кому же я тогда доверю нашу Махпаре-султан и её деток? Что же делать..."
Несколько секунд Инджифер стояла и смотрела на евнуха, а потом схватила его за ворот халата и зашипела, как остервеневшая пустынная гюрза:
- Ты что-то нашептал обо мне. Оклеветал меня, шакалий огрызок. В порошок сотру.
С виду эта калфа была тонкой и хрупкой, как камыш, но сила в её руках имелась. Ага пытался вырваться, но поняв, что это не так-то просто, сказал:
- А как ты объяснишь своё появление на Золотом Пути в тот вечер? Я сразу тебя заподозрил.
Инджифер с презрением выпустила евнуха и, ни слова не сказав, поднялась наверх, в покои валиде-султан. Госпожа была на ногах, глаза метали искры, золотые кудри полыхали огнём. Инджифер поняла, что всё всерьёз, и что сейчас нужно следить за каждым своим словом. Голос валиде тоже не предвещал ничего доброго.
- Валиде, я к этому непричастна. - произнесла калфа со смирением в голосе и во взоре. - За что на меня пал Ваш гнев?

+2

4

Турхан устремила на калфу недоверчивый взгляд. Непричастна она, видите ли... Если бы украинка не разбиралась в людях, то так бы и прозябала в гареме в качестве простой рабыни. Но, хвала Аллаху, у неё есть талант читать людские помыслы, тем более, что у некоторых они написаны прямо-таки на лице. Честно говоря, Инджифер-хатун не из тех, кто выставляет свои эмоции напоказ, а потому заподозрить её тоже не просто. Но благодаря бдительности Месута-аги, Турхан начила понемногу понимать хитрую и алчную натуру калфы. Разумеется, она не сама пошла на такое злодеяние,  её кто-то надоумил. Интересно, кто. Это вполне могла быть одна из матерей шехзаде, братьев Мехмеда, а то и...
"Думай Турхан, думай. Если за этим стоят мои давние соперницы, то жертвой должен стать мой лев. Но он помиловал своих братьев, так что вряд ли Махиэнвер или Эмине, или Хюмашах станут рисковать своими сыновьями. Но не надо забывать, что в ту ночь с ним была Нурбахар-хатун. Что если умертвить хотели её? Тогда за этим может стоять только один человек - Махпаре. А Инджифер как раз много времени проводит в её покоях, чего бы не следовало делать."
- Положим, ты непричастна. - промолвила Турхан, несколько поостыв. - Тогда кто ответчик за это чёрное дело?
Султанша смотрела на воспитательницу девушек и припоминала всё, что знает о ней. Красивая, умная, ловкая и предупредительная, эта хатун легко выбилась в калфы и стала отвечать за оспитание наложниц. По глазам Инджифер можно было легко прочесть, что она мечтает однажды стать хазнедар, ибо это самая высокая должность в гареме. Её цепкий ум радовал Турхан, но после того, как Махпаре-хатун родила двойню, калфа стала всё чаще захаживать в покои к венецианке, ставшей теперь хасеки султан.... К венецианке. Так-так-так, это уже кое-что. Турхан припомнила, что Инджифер тоже из Венеции, а точнее, с острова Ретимнон, как и первая возлюбленная Мехмеда. И Нурбахар-хатун тоже оттуда. Удивительно, как всё это кстати.
- Ясно, что по собственной воле ты такого не сделаешь, стало быть, кто-то отдал тебе приказ. От тебя сейчас я жду одного: имени. - произнесла Турхан, садясь на софу, но, подумав, прибавила:
- И не вздумай изворачиваться: Месут-ага видел тебя на Золотом пути.

Отредактировано Турхан Султан (2018-05-11 11:12:42)

+2

5

Ком в горле всё рос и рос, и Инджифер прямо чувствовала, как дар речи куда-то исчезает. Валиде, бесспорно, необыкновенно умна и обо всём догадывается, но сейчас наступает, пожалуй, самый важный момент - момент, когда нужно во что бы то ни стало выгородить хасеки перед Турхан-султан.
- Моя валиде, разумеется, я была на Золотом Пути в тот вечер. Это ведь мне было поручено отвести Нурбахар к нашему повелителю. Рефия-хатун так приказала.
"Вот тебе и ответ, Месут-ага, так вот и объяснила. Жаль, что ты этого не слышал. Ну, да ничего, я ещё поквитаюсь с тобой." - подумала Инджифер, но Турхан-султан не торопилась отвести свой взгляд, полный недоверия и строгости.
- Не знаю, как яд подмешали в те яства. Машалла, наш повелитель и его избранница живы. Хатун, я слышала, скоро встанет на ноги.
Вновь воцарилась тишина. Инджифер больше не знала, что говорить и как отвести от себя и своей госпожи подозрения валиде. Это оказалось труднее, чем она думала.
"Может быть, нас кто-то выследил, пока мы с хасеки-султан гуляли в саду? Хотя кто бы это мог быть? Не Нурбахар же велела шпионить за нами, у неё для этого ни ума, ни достаточной власти нет. Хотя стоит и мне последить за этой змейкой. Кто знает, может быть, она уже что-то затевает, чтобы избавиться от нас? На Ретимноне о ней говорили, как о коварной и злоязыкой девушке. С той поры ничего не изменилось, более того, она превратилась в настоящую гадюку... О, Аллах, не допусти, чтобы она госпожой стала, повелителю сына родила, иначе даже представить страшно, чем она станет для всех нас."
Такие молитвы крутились в голове Инджифер. Сама она не встречалась с Бьянкой ди Риньери, но была наслышана о её нраве, и вот теперь, когда эта своенравная красавица оказалась в султанском дворце, за ней нужен постоянный пригляд. Вернее, надзор... А ещё вернее - слежка.  После всего произошедшего, Нурбахар непременно захочет отомстить, уж на это у неё хватит дерзости.
Молчание затягивалось, и Инджифер, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, молвила:
- К тому же, все знают, как я верна Вам, госпожа. Я не осмеливаюсь лукавить перед Вами.

Отредактировано Инджифер-калфа (2018-05-11 12:18:40)

+2

6

Валиде слушала Инджифер со снисхождением. Если несколькими минутами ранее она хотела растерзать эту женщину собственными руками за халатность и попустительство (а то и явное пособничество преступлению), то теперь планы на Инджифер у султанши были иные. Венецианка по рождению, эта калфа вполне может следить за Махпаре и докладывать Турхан о каждом её шаге. Так что на первый раз можно хатун простить.
- Ясно. - произнесла Турхан, дослушав объяснения Инджифер до конца и выдержав паузу. - Случилась оплошность. После твоих слов я готова допустить, что в этом никто не замешан. Однако у меня к тебе есть важное дело.
Валиде знаком велела калфе приблизиться, а затем продолжила:
- Махпаре тебе доверяет, я это знаю. Грех этим не воспользоваться. Отныне ты станешь моими глазами и ушами в её свите. Всё, что увидишь или услышишь, пересказывай мне. Только в этом случае я забуду всё, что случилось. Подумай над этим.
"Инджифер умна, она не откажет мне, ибо знает, что ей грозит в случае неповиновения. Я лично позабочусь о том, чтобы её казнили. Всё-таки, мне кажется, что это злодейство совершила именно Гюльнюш, вот поэтому-то я и должна знать о каждом её вздохе, о каждом помысле. Инджифер лучше всего справится со своей задачей, никому иному я не доверю это дело. Тем паче, Махпаре сама отличила Инджифер, доверилась ей, это мне кстати."
Подумав так, Турхан махнула рукой, давая понять, что калфа свободна. Оставшись одна, валиде хотела прилечь и отдохнуть, но вспомнила о Нурбахар. Зайти к ней, справить о здоровье и пожелать скорейшего выздоровления - это, пожалуй, недурная затея. Так девочка поймёт, что мать повелителя благосклонна к ней.  Больше ни о чём думать не хотелось, да и покидать комнату - тоже. События минувшего вечера и ночи действовали на женщину угнетающе, голова просто раскалывалась. Махпаре была последним человеком, до которому Турхан было дело в этот момент. Главное, что Мехмед здоров и ни капли не пострадал от яда. Его фаворитка отделалась лёгким пищевым отравлением и скоро должна оправиться от потрясения. Вне сомнения, если это сделала именно Гюльнюш, то между двумя избранницами повелителя начнётся вражда.

+2

7

Поняв, что гроза миновала, Инджифер мысленно возблагодарила Создателя за несказанную милость. Конечно, то, что валиде простила её на определённых условиях, было ожидаемо, и калфа уже догадывалась, как придётся поступать, чтобы отвести беду от хасеки-султан, но при этом угодить валиде. Словом, начинается двойная игра, в которой Инджифер уже выбрала, на чьей стороне она будет по-настоящему. А что в этом плохого?
- Можете положиться на меня, валиде. С помощью Аллаха, я не разочарую Вас.
С этими словами калфа присела в почтительном поклоне, смиренно опустив глаза, после чего удалилась, не желая долее утомлять всемилостивую валиде своим присутствием.
Оказавшись внизу, Инджифер опёрлась рукой о стену и несколько раз глубоко вздохнула. После того, как она побывала на краю бездонной пропасти, воздух казался ей таким приятным, что даже словами не передать. С души свалился камень размером, наверное, с Каабу.
- Что, Инджифер-калфа, перед смертью не надышишься? - раздался ехидный голос у самого уха женщины. Нетрудно было догадаться, что вечный кляузник Месут-ага опять тут как тут. Калфа удручённо вздохнула - этот тип здорово действовал ей на нервы.
- О чём это ты, почтенный? Валиде-султан, да продлит Аллах её лета, оказала мне великую милость и сняла все подозрения.
Евнух даже глаза вытаращил от изумления.
- Так тебя что, не казнят? - спросил он с явным разочарованием.
- А ты уже, видимо, на кухню сбегал, сказал, чтоб там поминальной халвой запаслись. А вот не выгорело твоё дело, эфенди, живёхонька я.
Агу прорвало. Он притопнул ногой и выкрикнул на одной визгливой ноте:
- А за яд кто ответ держать будет? Я, что ли? Теперь все на меня подумают... Ох, Инджифер, ох, змея проклятая, сама выкрутилась, а мне хоть в петлю полезай... Аллах, за что ты так суров к своему рабу Месуту?!
Инджифер еле сдерживала смех. Душонка у евнуха оказалась трусливая и гнилая, пинком бы такого из дворца, конечно, да уж ладно, покамест пусть живёт себе с миром.
- Завыл, пёс плешивый... Всевышнему и дела до тебя нет. Иди себе, ага, пока я тебя не убила за клевету. Иди-иди.
Бедняга поплёлся прочь, а Инджифер в последний раз втянула носом воздух и улыбнулась чему-то. Да, им с Махпаре-султан не удалось свести Нурбахар-хатун в могилу, но ведь это ещё не конец, всё только впереди.
http://sd.uploads.ru/QRfrW.png

Отредактировано Инджифер-калфа (2018-05-11 15:24:08)

+2


Вы здесь » Эпоха Безумца и Охотника » Игровой архив » Не травить, а стравливать (1 сентября 1659 года)